Археология и этногенез славян

Языком — более надежным признаком этнической единицы — пользуется полностью определенная группа людей, создающих свою, необыкновенную вещественную и духовную культуру. Вместе с языком и антропологи­ческим строением культуру можно считать признаком развития жизни человечьих обществ, основанных на физическом родстве индивиду­умов. Потому в исследовании древней истории славян археологии принадлежит ведущее место. В отличие Археология и этногенез славян от лингвистических данных, ко­торым нередко недостает пространственной и хронологической определен­ности, материалы археологии конкретно-историчны. Сейчас вопросы этно­генеза славян нельзя решать без учета данных археологии.

На первых шагах этногенетических исследовательских работ археологи должны решать вопросы без помощи других, независимо от данных лингвистики либо

38


других смежных наук. Археологу Археология и этногенез славян, сначала, нужно приложить максимум усилий для этнического определения той либо другой археоло­гической культуры по данным собственной науки, и только позже допустимы сравнения приобретенных результатов с выводами других наук.

Обязательным условием для заключения о единстве этноса должна быть генетическая преемственность при смене одной археологической культуры другой. Если полной преемственности Археология и этногенез славян не находится, то неизбежен вывод о смене 1-го этноса другим либо о напластовании одной этноязыковой единицы на другую. Потому ведущая роль в этногенети­ческих построениях археологов принадлежит ретроспективному способу исследования, заключающемуся в поэтапном прослеживании истоков ос­новных частей археологических культур. От культур достоверно сла­вянских, относящихся к преждевременному средневековью, надлежит Археология и этногенез славян продвигаться в глубь веков к тем древностям, которые на генном уровне связаны с ран-несредневековыми, а от их — еще на ступень поглубже и т. д.

Еще на заре этногенетической археологии этот способ был использован О. Монтелиусом, попытавшимся показать, что культурное развитие Скан­динавских государств от неолита до Археология и этногенез славян эры викингов не обнаруживает разры­ва и, как следует, древнейшие германские племена жили на севере Европы еще в эру неолита 58.

После О. Монтелиуса ретроспективный способ стал главным во мно­гих археологических исследовательских работах. А именно, им интенсивно пользо­вался видный германский археолог Г. Коссинна. Идя ретроспективным методом, утверждал исследователь, можно проследить корешки Археология и этногенез славян поздних ар­хеологических культур в более ранешних и, таким макаром, можно пере­носить наименования узнаваемых исторических народов на дальние доистори­ческие культуры. «Этот способ пользуется выводами по аналогии, потому что они позволяют осветить античные, черные времена ретроспективно, идя от ясной современности либо от тоже старых, но Археология и этногенез славян владеющих бо­гатыми источниками эпох» 59.

В 30—50-х годах в археологии шли споры по поводу этого способа, в особенности обострившиеся в связи с националистическими концепциями Г. Коссинны. Основная его мысль о полном согласовании всякой археоло­гической культуры этносу подверглась в европейской литературе серь­езной |критике и не может быть в Археология и этногенез славян текущее время принята безогово­рочно. У неких археологов появилось скептическое отношение к способности исследования этногенеза способами их науки. Но архео­логическая практика показала, что ретроспективный способ в этногене­тических построениях имеет главное значение.

«Этническая интерпретация, — пишет К.-Г. Отто, — плотно сплетена с ретроспективным способом исследования. Правомерность для археологии освещать историю народов Археология и этногенез славян либо племен и племенных групп таким методом ретроспективно — неопровержима. Разумеется, что сейчас нет больше ни­каких суровых возражений против этого; это значило бы опровергать ис-

58 Montelius О. Uber die Einwanderung unserer Vorvater in den Norden. — Archiv fur

Anthropologie, Bd 17, 1888, S. 151—160.

59 Kossinna G. Die Herkunft der Germanen. Zur Methode der Археология и этногенез славян Siedlungsarchaologie.

Wurzburg, 1911, S. 3.

39


торическое развитие вообщем либо оговаривать роль археологии в ре­конструкции древней истории» 60.

Изучая этническую историю, современная археология исходит из признания стойкости этнографических признаков. Со временем они могут трансформироваться и заменяться новыми, но в распоряжении археологии имеются не статические факты, а материалы, отражающие эпохальную изменчивость. В Археология и этногенез славян распоряжении археологии находятся не обрывочные разрозненные данные, а целый комплекс материалов, отра­жающих пространственные и временные конфигурации. Потому, исследуя этнографические особенности вещественной и духовной культуры того либо другого народа либо племени, ретроспективным методом можно просле­дить историю того либо другого этноса.

В археологической литературе время от времени и на Археология и этногенез славян данный момент проявляется скеп­тическое отношение к ретроспективному способу 61, что обосновано трудностями, возникающими при этногенетических построениях. При всем этом встает сначала вопрос о соотношении археологической куль­туры и этноса. На этот вопрос нельзя дать конкретный ответ 62. Архео­логические культуры, обхватывающие устойчивые, неоднократно повторя­ющиеся однотипные сочетания особенностей вещественной и духовной культуры, связанные Археология и этногенез славян с определенным ареалом в течение более либо наименее долгого времени, разумеется, соответствуют этническим общностям. Та­кие специальные черты культуры, как жилье, одежка, ритуалы, обы­чаи, искусство, в общем либо в частностях, вместе с языком и антропо­логическим строением отличают этнические образования друг от друга во все времена их существования Археология и этногенез славян.

Нужно учесть, что при выделении неких археологиче­ских культур вместе с признаками этнографического порядка бывают применены и особенности, обусловленные географической средой, либо элементы, связанные с производственной деятельностью и соц развитием. Потому не исключено, что отдельные археологические куль­туры, а именно те, которые выявлены не на базе Археология и этногенез славян комплекса при­знаков, а на базе единичных культурных частей, могут и не соответ­ствовать этническим общностям.

Но это не основание для пессимистического дела к этно-генетическим построениям археологов. По мере предстоящего скопления фактического материала по той либо другой археологической культуре, после выяснения ее происхождения и судеб ее носителей обычно Археология и этногенез славян прояс­няется и этническая суть культурных общностей, выделенных по археологическим данным.

60 Otto К.-Н. Archaologische Kulturen und die Erforschung der konkreten Geschichte von Stammen und Volkerschaften. — In: Ethnographisch-archaologische Forschungen, Bd I. Berlin, 1953, S. 2, 3.

61 Монгайт А. Л. Археологические культуры и этнические общности (к вопросу о ме­тодике историко-археологических исследовательских Археология и этногенез славян работ). — Народы Азии и Африки, 1967, № 1, с. 53—59.

62 Брюсов А. Я. Археологические культуры и этнические общности. — СА, XXVI, 1956, с. 5—27; Третьяков П. Н. Этногенетический процесс в археологии. — СА, 1962, № 4, с. 3—15; Каменецкий И. С. Археологическая культура — ее определение и ин­терпретация. — СА, 1970, № 2, с. 18—36.

40


Так, близкие меж собой археологические культуры I тысячеле­тия до н. э. Юго Археология и этногенез славян-Восточной Европы на базе ряда общих частей были названы археологами скифскими. Согласно точке зрения, длительное время господствовавшей в историко-археологической литературе, на местности распространения всех скифских культур обитало ираноязыч-ное население63. В 40—50-х годах в русской археологической лите­ратуре распространилось мировоззрение о нескифской принадлежности пле­мен Археология и этногенез славян — носителей лесостепных скифских культур. К примеру, М. И. Ар­тамонов в ряде статей утверждал, что в границах распространения ар­хеологически схожих скифских культур находились как скифские (соб­ственно иранские), так и нескифские (в том числе и славянские) пле-лшна, воспринявшие скифскую культуру 64.

Новые изыскания в области топонимики проявили, что Археология и этногенез славян иранские водные наименования имеются не только лишь в степной части Скифии. Они до­вольно многочисленны в ее лесостепных регионах 65. Выявлены следы конкретного контакта ираноязычного населения с балтами, зани­мавшими в период ранешнего железа необъятные области Верхнего По-днепровья 66. Работами антропологов установлено, что черепа из скифских памятников Днепровского лесостепного правобережья тождественны че Археология и этногенез славян­репам из других районов ареала скифских культур 67. Как следует, идея о принадлежности племен лесостепных скифских культур како­му-то неираноязычному популяции пришла в противоречие с очевидны­ми фактами, и от нее пришлось отрешиться 68. Вобщем, из описаний Геродота можно догадываться, что у всех скифских племен был один язык Археология и этногенез славян (иранский, как определено языковедами).

Можно привести и другие примеры, подтверждающие на базе дан­ных смежных наук положение о согласовании археологических культур этносам. Уже упоминалась работа Р. Хахманна, Г. Коссака и X. Кюна, очень внушительно свидетельствующая о надежности этнических выводов на базе археологии.

Но посреди археологических культур имеются и полиэтничные Археология и этногенез славян. Это полностью объяснимо, ибо в старой истории населения земли не один раз имели место передвижения и взаимопроникновения одной либо нескольких этнических групп на местности других. Такие археологические куль­туры выделяются посреди иных сначала разнохарактерностью по­гребального ритуала, разнотипностью домостроительства, разношерстно­стью иных частей культуры. Если моноэтничные археологические культуры формируются на базе одной Археология и этногенез славян либо нескольких близкородствен-

63 Rostovzeff M. Iranians and Greeks in South Russia. Oxford, 1922, p. 83—112.

64 Артамонов М. И. Венеды, невры и будины в славянском этногенезе. — Вестник ЛГУ, 1946, № 2, с. 70—86; он же. Этногеография скифов. — Уч. зап. ЛГУ, 85, 1949, с. 129—171; он же. Этнический состав населения Скифии.— В кн.: Доклады VI На­учной конференции Института археологии Археология и этногенез славян АН УССР. Киев, 1953, с. 169—196.

65 Топоров В. Н., Трубачев О. Н. Лингвистический анализ гидронимов Верхнего По-днепровья. М., 1962; Трубачев О. Н. Заглавие рек Правобережной Украины.

66 Седов В. В. Балто-иранский контакт в Днепровском левобережье.— СА, 1965, № 4 с. 52-62.

67 Кондукторова Т. С. Антропология старого населения Украины. М., 1972, с. 3—27.

68 Артамонов М Археология и этногенез славян. И. Киммерийцы и скифы. М., 1974.

41


Рис. 4 Ретроспективная схема развития славянских древностей

ных культур и некая неоднородность, наблюдаемая в исходной их стадии, стремительно нивелируется, то полиэтничные культуры складываются в итоге взаимодействия нескольких неродственных культур.

Такая, а именно, черняховская культура, объединяющая в единое монументы с очень разнотипным домостроительством и многозначной леп­ной керамикой, могильники с Археология и этногенез славян разнохарактерными захоронениями. Оче­видно, что в составе населения, оставившего черняховскую культуру, было несколько племенных групп.

Исследователи, пользуясь ретроспективным способом в исследовании ге­незиса тех либо других этноязыковых групп и встречаясь с многоэтнич-ными культурами, наталкиваются на целый ряд препятствий.

На заре славянской государственности и письменности славянские народы обладали достаточно Археология и этногенез славян однородной культурой, распространение ко­торой отлично совпадает с границами расселения славян, устанавливае­мыми по бессчетным письменным источникам. Спустившись на сту­пеньку ниже, обнаруживаем славянскую культуру VI—VII вв., по всем

42


показателям на генном уровне связанную со славянскими древностями VIII— IX вв. А на последующей ступени цепочка обрывается — археологиче­ских культур Археология и этногенез славян первой половины I тысячелетия н. э., из которых можно было бы вывести славянские культуры VI—VII вв., не существует.

Славянским древностям третьей четверти I тысячелетия н. э. везде территориально предшествуют либо полиэтничные археологические куль­туры, либо культуры, очевидно неславянские. Разумеется, необходимо допустить, что в римское время славяне территориально в Археология и этногенез славян значимой степени сме­шались с иноязычными племенами. Территориальная перемешанность и сильное воздействие провинциальноримской культуры содействовали некой культурной интеграции славян с примыкающим популяцией. Одна­ко все этнографические элементы культуры славян не были снивелиро-ваны при всем этом. Полная аккультурация является следствием ассимиля­ционного процесса. Славяне же, как свидетельствуют материалы 2-ой Археология и этногенез славян половины I тысячелетия н. э., не подверглись ассимиляции в римское время, а вышли на историческую арену крепким этноязыковым масси­вом, возможно, включившим в себя и некие неславянские племена.

Разумеется, что при таких обстоятельствах полной эволюционной пре­емственности меж славянскими культурами VI—VII вв. и предшест­вующими Археология и этногенез славян им быть не может. По-видимому, первоочередная задачка архео­логов, работающих над неувязкой славянского этногенеза, состоит в вы­явлении и исследовании тех этнографических черт археологических культур римского времени, которые могут рассматриваться как славянские. Они должны быть на генном уровне связаны с важными культурными элемен-тами славян 2-ой половины I Археология и этногенез славян тысячелетия н. э.

Средством ретроспекции славянские этнографические элементы выявляются в погребальном обряде, домостроительстве и глиняних материалах пшеворской и черняховской культур римского времени. Оп­ределив культурные особенности славян римского времени, можно спус­титься еще на одну ступень, а потом еще ниже в глубь веков.

Истинное исследование исходной истории славянства выполнено конкретно таким методом Археология и этногенез славян (рис. 4). Материалы археологии были препарирова­ны ретроспективным способом от эры средневековья в глубь веков. Таким макаром, построена длинноватая цепь существенных компонент ар­хеологических культур, которые этнографичны для славянства в различные периоды его истории. Ретроспективный путь, заключающийся в переходе от известного к неведомому и являющийся единственным удовлетвори­тельным методом Археология и этногенез славян для археологического исследования этногенеза, плодотворен и перспективен в кабинетной работе, но неприемлем при изложении ре­зультатов исследования. Потому этногенез славян в этой книжке изложен в исторической последовательности.

Все историко-археологические выводы и построения в работе обосно­вываются только материалами археологии и не зависят от дан­ных других наук. При изложении Археология и этногенез славян ранешней истории славян эти выводы и наблюдения сопоставляются (вроде бы «оцениваются») с заключениями и наблюдениями, приобретенными как языковедами на материалах языко­знания, так и представителями других смежных наук.


Начало славян

Нижним звеном в цепи археологических культур, долженствующих ретроспективным методом продлить славянский этногенез в глубь веков, оказывается культура подклошовых погребений Археология и этногенез славян, всераспространенная в V—II вв. до н. э. в междуречье Вислы и Одера. Формируется она в ре­зультате взаимодействия 2-ух культур — лужицкой и поморской, вызван­ного миграцией племен поморской культуры в восточные районы лужиц­кого ареала. Но ни лужицкую, ни поморскую культуру нереально относить к славянам.

Лужицкая культура получила распространение Археология и этногенез славян в Центральной Евро­пе (меж верхней Эльбой и Вислой, включая северные области Средне­го Подунавья) в последних столетиях II и в первой половине I тысяче­летия до н. э. Ее причисляли германцам, кельтам, славянам, иллирий­цам, фракийцам. Но, так как позднейшие археологические культуры, достоверно принадлежащие этим Археология и этногенез славян индоевропейским группам, не обнаруживают прямой генетической преемственности с лужицкой, ее, естественно, нельзя связывать с какой-нибудь одной из нареченных этно­языковых группировок.

Лужицкие древности являются составной частью культур полей по­гребальных урн, соответствующих для Европы в конце бронзового и в самом начале стального века. На ранешном шаге в ареале Археология и этногенез славян этих культур наблю­дается еще достаточно пестрая картина. Зато сначала I тысячелетия до н. э. ареальные различия нивелируются, и можно гласить о сложе­нии и существовании в Европе единой культурной общности полей по­гребальных урн 1.

Эта культурная общность (рис. 5) лежит в базе культуры пракель-тов (верхний Рейн), праиталиков (Приальпийский регион Археология и этногенез славян), иллирийцев (на юго-востоке), прагерманцев (древная немецкая культура — ясторфская — сложилась на базе местных древностей эры бронзы при участии проникшей с юга культуры полей погребений), славян (во­сточный регион лужицкой культуры) и, по-видимому, неких других европейских этносов. Это позволило В. Киммигу отождествить культуру

1 Piggott S. Ancient Europe from the Археология и этногенез славян Beginnings of Agriculture to Classical Antiquity. Edinburgh, 1965, p. 145, 146, 168—174; Gimbutas M. Bronze Age Cultures in Central and Eastern Europe. Paris — The Hague — London, 1965, p. 296—355.

44


Рис. 5. Древнеевропейская общность

a — ареал культур полей погребальных урн на рубеже II и I 1000-летий до н. э. (по 9. Киммигу) ;

б — лужицкая культура; в — центральноевропейский культурно-исторический ареал (по Археология и этногенез славян О. Н. Трубачеву); г — восточная граница распространения древнеевропейской гидрони­мики, д — направления расселения племен — носителей культуры полей погребальных урн

полей погребальных урн с древнеевропейской общностью, описанной X. Крае 2.

Как следует, лужицкую культуру необходимо относить к одной из диа­лектных группировок древнеевропейского населения. В эту эру насе­ление Срединной Европы еще Археология и этногенез славян гласило на близких меж собой индо­европейских диалектах, из которых позже сформировались италийский, кельтский, иллирийский, германский и славянский языки. Выделяемый

2 Kimmig W. Seevolkerbewegung und Urnenfelderkultur. Ein archaologisch-historischer Versuch. — In: Sludien aus Alteuropa, I. Koln, 1964, S. 220—283.

45


О. Н. Трубачевым на базе анализа ремесленной терминологии цент-ральноевропейский культурно-исторический регион Археология и этногенез славян, по всей вероятности, по времени и территориально соответствует культурной общности полей погребальных урн, а может быть, и поболее ранешным древностям — культу­рам курганных погребений и унетицкой 3.

Поморская культура на первом шаге (вельковейский шаг, VII—VI вв. до н. э.) занимала сравнимо маленькую местность Польского По­морья от нижней Вислы до Археология и этногенез славян Одера. Ее происхождение трудно и спорно. Сформировалась поморская культура, по-видимому, в главном в про­цессе эволюции культуры эры бронзы на Кашубской возвышенности.

В последние годы в польской литературе распространилось мировоззрение о сложении поморской культуры на базе особенной группы лужицкой куль­туры, получившей заглавие восточнопоморской 4. Вправду, в бас­сейнах рек Археология и этногенез славян Слупы и Лупавы, которые входят в ареал поморской куль­туры, известны монументы периода поздней бронзы, принадлежащие к лужицкой культуре. Но этого очевидно недостаточно для утверждения об эволюции поморской культуры из лужицких древностей. Поморские и лужицкие древности, в особенности погребальный ритуал и глиняний материал, так различны меж собой, что Археология и этногенез славян не может быть речи ни о развитии первых из вторых, ни об их происхождении от одного кор­ня. По-видимому, лужицкие племена приняли какое-то роль в генезисе поморской культуры, а базу последней, разумеется, составили местные древности периода поздней бронзы.

Не считая того, в сложении поморской культуры некий Археология и этногенез славян толикой участво­вали и пришлые элементы. Если предметы из Скандинавии (бронзовые сосуды, браслеты с концами в виде трубочек и др.), появляющиеся в кашубских монументах поздней бронзы, можно считать продуктами об­мена, то распространение домковых и лицевых урн в монументах нача­ла стального века уже отражает миграцию в области Польского По Археология и этногенез славян­морья иноплеменного населения.

Этническая принадлежность поморской культуры не установлена. Сначало было высказано предположение о ее германской принад­лежности. Оно основано на преувеличении роли пришлого компонента в сложении поморских древностей. Начальные положения этой концепции были сформулированы Г. Коссинной, который считал, что лицевые урны поначалу получили распространение посреди германского населения Скан­динавии Археология и этногенез славян, а позже в итоге переселения германцев — в поморских па­мятниках нижней Вислы.

Идея о славянском этносе племен поморской культуры базирована только на предположении, что она эволюционирует из лужиц­кой, которую часть исследователей считает славянской. Но так как славянство лужицкой культуры обосновать нельзя, а развитие поморской культуры из Археология и этногенез славян лужицкой представляется безосновательным, то предположе-

3 Некие археологи считают, что культуры унетицкая, курганная и полей погре­бений являются хронологическими шагами эволюции 1-го и такого же централь-ноевропейского населения (Gimbutas M. Bronze Age Cultures..., p. 245—355).

4 Kostrzewski J. Pradzieje Pomorza. Wroclaw — Warszawa — Krakow, 1966, s. 70—89.

46


ние о славянской принадлежности поморской культуры остается ничем Археология и этногенез славян не аргументированным.

Еще в 20—30-х годах XX в. польские археологи, сравнивая поморские древности с синхронной культурой восточнопрусских курганов, склонны были относить поморскую культуру к культурам балтов 5. Действитель-но, сходство этих культур разумеется. Для поморской культуры и восточ-яопрусски i курганов общи каменные ящики, устраиваемые для захоро­нений, многие типы глиняной посуды Археология и этногенез славян (круглодонные горшки и миски, грушевидные сосуды, усеченноконические миски и др.), некие типы украшений и орудия труда. Значительно и то, что поморская культура и культура восточнопрусских курганов имеют общую базу — единую культуру бронзового века 6.

В ближайшее время идея о балтской принадлежности поморской культуры получила некое лингвистическое обоснование — по Археология и этногенез славян всему ареалу поморской культуры VII—VI вв. выявлены следы балтской гид­ронимики 7. Потому представляется очень возможным, что носители по­морской культуры гласили на одном из окружных диалектов балтско-го языка. По-видимому, балты одними из первых отделились от древне-европейской общности. Об этом свидетельствует и то, что их ремесленная Археология и этногенез славян лексика вырабатывалась изолированно от центральноевропейского куль­турно-исторического региона 8, и то, что, как указывает современная диалектология, балтской языковой общности в I тысячелетии до н. э. уже не было — балты разделились на западную, восточную и днепровскую группы 9.

Так как в сложении поморской культуры, непременно, участвовали и лужицкие племена, полностью допустимо предположение Археология и этногенез славян, что носители поморской культуры на вельковейском шаге в языковом отношении при­надлежали к промежному древнеевропейско-балтскому диалекту.

Начиная с 550 г. до н. э. носители поморской культуры равномерно расселялись в южном направлении. В течение 2-ух веков они засе­лили практически все Повисленье и восточные районы бассейна Одера, до это­го занятые Археология и этногенез славян восточными группами лужицких племен. Передвижения поморско­го населения на местность племен лужицкой культуры предшествовали набеги скифов. Многие лужицкие городища при всем этом были разрушены либо сожжены скифами. Набеги скифов в некой степени ослабили

5 Kostrzewski I. Kultura przedhistoryszna wojewodztwa pomorskiego. — In: Pamietnik Institutu Ba'tyckiego, 1. Torun, 1929; Waga T. Pomorze w Археология и этногенез славян czasach przedhistorycznych. Torun, 1934.

6 Gimbutas M. Bronze Age Cultures..., p. 389—452.

7 Kilian L. Baltische Ortsnamen westlich der Weichsel. —'Altpreussen, 1939, N 3;

Schall H. Baltische Sprachreste zwischen Elbe und Weichsel. — Forschungen und Fort-

schritte, Bd 36, 1962, S. 56—61; idem. Baltische Dialekte im Namengut Nordwestsla-

wiens. — Zeitschrift fur vergleichende Sprachforschung auf dem Gebiete der Археология и этногенез славян indoger-

manischen Sprachen, Bd 79, H. 1-2, 1964, S. 123—170; Топоров В. Н. О балтийских

элементах в гидронимии и топонимии к западу от Вислы.— Slavica pragensia, VIII,

1966, с. 255—263; он же. К вопросу о топонимических соответствиях на балтийских

территориях и к западу от Вислы.—In: Baltistica, 1(2). Vilnius, 1966, с. 103—111.

8 Трубачев О. Н. Ремесленная терминология в славянских языках. М., 1966 с. 392, 393.

9 Мажюлис Археология и этногенез славян В. Лингвистические заметки к балтийскому этногенезу. М., 1964.

47


мощь лужицких племен, что облегчило продвижение с севера на лужицкие земли поморского населения. Незанятыми остались отдельные области лужицкой культуры в Силезии, верховьях Варты, Малой Польше и Любусской земле. Тут лужицкая культура просуществовала до послед­них веков I тысячелетия до н. э.

Вторжение Археология и этногенез славян поморских племен в области лужицкого населения не привело к его уничтожению либо вытеснению. На первых порах помор­ские и лужицкие поселения и сопутствующие им могильники существо­вали на одной местности раздельно. Но скоро вторженцы смешиваются с местным популяцией, образуются совместные поселения и общие мо­гильники. В таких могильниках Археология и этногенез славян число погребений в каменных ящиках либо обставленных камнями, соответствующих для поморской культуры, по­степенно миниатюризируется. Зато возрастает количество захоронений в виде ям ссыпанными в их остатками погребального костра. Это — соответствующий позднелужицкий похоронный обряд (население лужицкой культуры, как и поморской, сжигало погибших). Миниатюризируется количество коллективных захоронений, уступая место обыденным для Археология и этногенез славян лужицкой куль­туры одиночным погребениям. В бассейне Вислы получает обширное распространение обычай накрывать остатки трупосожжений огромным колоколовидным сосудом-клошом, перевернутым ввысь дном.

Таким макаром, в районах лужицкой культуры, занятых поморскими племенами, наблюдается постепенное слияние культуры вторженцев с культурой местного населения. В итоге в V—IV вв. до н. э. тут Археология и этногенез славян формируется одна общая культура — культура подклошовых погребений (рис. 6), получившая заглавие по одному из всераспространенных в ее могильниках виду захоронений 10.

Поселения этой культуры неукрепленные. Раскопки, проведенные на неких из их, проявили, что жильями служили полуземлянки и наземные дома столбовой конструкции. Ритуал погребения — трупосож-жение. Остатки кремации погибших Археология и этногенез славян помещали в глиняные сосуды-урны, а время от времени ссыпали конкретно на дно могильной ямы. Нередко захо­ронения прикрывали сверху опрокинутым ввысь дном клошом. В неко­торых погребениях урны обсыпали остатками погребального костра. Остатки костра бывают и в безурновых захоронениях. Могильники, обычно, бескурганные. В погребениях, не считая урн, время от времени Археология и этногенез славян находятся булавки, фибулы, кольца, глиняные сосуды и т. д.

Керамика культуры подклошовых погребений отчасти продолжает поморские традиции (урны и клоши со специально ошершавленным, так именуемым хроповатым туловом и гладким верхом, миски с ребристыми краями и ушками и немного отогнутыми наружу венчиками, амфоровид-ные сосуды с «хроповатым» туловом Археология и этногенез славян, разные кувшины и кубки), отчасти развивается из лужицкой (клоши яйцевидных форм, округло-

10 Некие польские исследователи считают культуру подклошовых погребений не отдельной культурой, а шагом либо вариантом поморской (Malinowski Т. Оbr-za.dek pogrzebowy ludnosci kultury pomorskiej. Wroclaw — Warszawa — Krakow, 1969). Но разные ареалы этих культур, своеобразия в строении их погре­бальных сооружений и Археология и этногенез славян некие различия в вещевых инвентарях дают основа­ние для выделения особенной культуры подклошовых погребений.

48


Рис 6 Глиняные сосуды культуры подклошовых погребений

бокие горшки с ушками, миски с загнутыми наружу краями, выпукло-бокие амфоры, кубки, плоские круглые покрышки). Такое же смешение наблюдается и в украшениях этой культуры. Так, посреди булавок обыкновенны и Археология и этногенез славян поморские с дисковидной головкой, и лужицкие со спиральной либо свернутой в ушко головкой. Встречаемые на монументах культуры под­клошовых погребений чертозские и раннелатенские фибулы свойственны как для поморских, так и для лужицких древностей.

Культура подклошовых погребений относится к 400—100 гг. до н. э.
Территориально монументы ее обхватывают бассейны средней и Археология и этногенез славян отчасти
верхней Вислы и практически полностью бассейн Варты. В среднелатенское время могильники культуры подклошовых погребений добиваются среднего
течения Одера на западе и Припятского Полесья и Волыни на востоке
(рис. 7).

Можно считать, что носители культуры подклошовых погребении были самыми ранешними славянами. Начиная с сих пор удается выявить элементы преемственности в Археология и этногенез славян развитии культуры прямо до сла­вянских древностей ранешнего средневековья. Анализ этих древностей

49



Рuc 7. Средняя Европа около 400 г до н. э а — монументы культуры подклошовых погребений, б — ареал поморской культуры, в — ясторфская и синхронные ей культуры гер­– манских племен, г — территория, занятая кельтами, д — ареал культур, оставленных балтскими племенами; е — область фракий­– ских Археология и этногенез славян древностей; ж — ареал скифской культуры, з — лужицкая культура

ретроспективным способом через посредство целого ряда археологических культур приводит конкретно к культуре подклошовых погребении (рис. 4). Предыдущие ей культуры, как показано выше, не могут быть при-числены к фактически славянским.

Как следует, судя по данным археологии, славяне как самостоятель­ная этноязыковая единица начали Археология и этногенез славян формироваться посреди I тысячеле-яя до н э в итоге взаимодействия и метисации носителей восточ-тия части лужицкой культуры (в языковом отношении древнеевропей-кяе племена) с расселившимися на их местности племенами поморской культуры (говорившие на окраиннобалтском либо на промежном древнеевропейско-балтском диалекте). По-видимому, племена поморской Археология и этногенез славян культуры и занесли в славянский язык какую-то часть особенностей, ко­торые объединяют его с балтским. Напротив, ремесленная и земледель-чесгая лексика славян, находящая параллели в италийских, кельтских и германских языках, является наследием древнеевропейского диалекта.

По времени культура подклошовых погребений соответствует перво­му шагу развития праславянского языка (по Ф. П. Филину Археология и этногенез славян). Этo пе­риод когда славянский язык только-только начал самостоятельное развитие, равномерно вырабатывая свою структуру и свою лексику.

Посреди лингвистических материалов нет таких, которые бы противо­речили предлагаемым историко-археологическим построениям. Ареал культуры подклошовых погребений стопроцентно покрывает область велико-польских говоров, в каких, как говорилось выше, праславянские фо­нетические Археология и этногенез славян особенности появляются более поочередно. Древ­нейший славянский регион, либо славянская прародина, судя по лекси­ческим материалам, находился в стороне от моря, в лесной равнинной зоне с болотами и озерами, но, как надо из общеславянских заглавии рыб - лосося и угря, в границах рек, впадающих в Балтийское море. Области культуры Археология и этногенез славян подклошовых погребений на сто процентов соответствуют этим географическим признакам.

На северо-востоке носители культуры подклошовых погребений впритирку соприкасались с западнобалтскими племенами. В итоге соседских отношений в балтской культуре восточнопрусских курганов распространяются некие типы глиняной посуды, соответствующие для Повисленья, и напротив, в области культуры подклошовых погребении возникают керамика и отдельные вещи Археология и этногенез славян из ареала восточнопрусских кур­ганов. Некие железные предметы (мощные шейные гривны, браслеты, топоры и др.) общи как для культуры подклошовых погребе­ний, так и для культуры восточнопрусских курганов. Как следует, необходимо считать, что в IV-И вв. до н. э. славяне находились в тесноватых контактах с западными балтами.

Северо-западными Археология и этногенез славян соседями славян в это время были германские пле­мена — носители ясторфской культуры — более ранешней достоверно германской культуры на Европейском материке 11. Славяно-герман-

11 Schwantes G. Die Jastorf-Zivilisation.- In: Reinecke Festschrift zum 75 Geburtstag. Mainz, 1950; Germanen — Slawen — Deutsche. Forschungen in ihrer Ethnogenese. Berlin, 1969!

51


ские лексические взаимопроникновения древней поры Археология и этногенез славян, датируемые В. В. Мартыновым I тысячелетием до н. э., относятся ко времени сосед­ства культуры подклошовых погребений с ясторфской. Культурное взаи­модействие было не таким тесноватым, как меж культурой подклошовых погребений и западнобалтскими древностями. Зато ясно выступают следы тесноватого контакта меж ясторфской и западнобалтскими культу­рами. Все это будто бы Археология и этногенез славян соответствует выводам сравнительно-историче­ского языкознания о древних славяно-балтских, славяно-германских и балто-германских отношениях.

Около 400 г. до н. э. начинается движение кельтов в Центральную Европу. Равномерно кельтские племена занимают Верхнее и Среднее По-дунавье, попадают в Адриатику и, двигаясь повдоль Карпат, добиваются Темного моря 12. В III—II вв. до Археология и этногенез славян н. э. кельты расселяются в Силезии и Малой Польше 13 и, разумеется, приходят в соприкосновение со славя­нами — носителями культуры подклошовых погребений. Таким макаром, юго-западными соседями ранешних славян некое время были кельты. Как отмечалось выше, следы славяно-кельтских языковых контактов вы­являются, но на сто процентов оценить Археология и этногенез славян их из-за исчезновения восточнокельт-ских языков не представляется вероятным.

Имеются некие косвенные свидетельства археологии, говорящие о конкретных и тесноватых контактах славян с кельтами в древности. Так, языческий храм славян VII—VIII вв., остатки которого были вы­явлены и исследованы раскопками в Грос Радене в Шверинском окружении ГДР Археология и этногенез славян, по внешнему виду и деталям оказался очень схожим на куль­товые постройки кельтов. В этой связи И. Херрманн считает, что рас­пространенные в ранешном средневековье посреди северо-западных славянских племен языческие храмовые постройки (они известны по описаниям со­временников) своим происхождением уходят в глубокую древность и обоснованы культурными контактами Археология и этногенез славян части славян с кельтским миром, разумеется, кое-где в сегодняшних южнопольских землях 14.

На юге наиблежайшими соседями славян были фракийские племена. Од­нако их, по-видимому, делили Карпатские горы, и потому о тесноватых славяно-фракийских отношениях гласить не приходится.

В латенское время отдельные могильники культуры подклошовых по­гребений возникают восточнее верхнего Археология и этногенез славян течения Буга. Славяне, видимо, пришли в соприкосновение с ираноязычным популяцией Северного При­черноморья. Предположение о более ранешних славяно-иранских культур­ных контактах не имеет каких-то оснований.

12 Filip J. Keltove ve stredni Evrope. Praha, 1956.

13 Wozniak Z. Celtowie w Polsce. Krakow, 1968.

14 Schuldt E. Der altslawische Tempel von Gross Raden. Schwerin, 1976; Herrmann Археология и этногенез славян J. Zu den kulturgeschichtlichen Wurzeln und zur historischen Rolle nordwestslawischer Tempel des fruhen Mittelalters. — Slovenska archeologia, 1978, N 1, S. 19—27


Славяне

в позднелатенскую и римскую эру

Пшеворская культура

В конце II в. до н. э. на местности, занятой культурой подклошовых погребений, складывается пшеворская культура, просуществовавшая до начала V в. н. э. Заглавие свое она получила Археология и этногенез славян по первому большенному ис­следованному могильнику близ г. Пшеворска на юго-востоке Польши.

Границы распространения пшеворской культуры в процессе ее эво­люции не оставались постоянными (рис. 8). Пшеворские монументы позднелатенского времени известны не считая местности, до этого принадле­жавшей культуре подклошовых погребений, в более западных регионах — на Археология и этногенез славян среднем Одере и в низовьях Варты, на средней Эльбе и ее притоках Мульде и Заале. В римский период в бассейне Эльбы и в низовьях Вар­ты пшеворских древностей уже нет, зато происходит движение пшевор-ских племен далековато на юго-восток. Сейчас ареал пшеворской культуры обхватывает на юго-востоке Верхнее Поднестровье и высшую Археология и этногенез славян часть бас­сейна Тисы 1.

Поселения пшеворской культуры, как и в предыдущее время, неукрепленные и охарактеризовывают обыденную картину жизни и быта земле­дельческого населения. В районах с злачными почвами плотность пшеворских поселений значительна, тут они нередко находятся в непо­средственной близости друг от друга. Обычно для поселений выбирались Археология и этногенез славян прибрежные возвышения, время от времени недоступные места — к примеру, посреди заболоченных низин.


arhangelskaya-oblast-holmogorskij-rajon-s-holmogori-ul-shubina-d-46.html
arhangelskaya-oblast-zanyala-trete-mesto-na-federalnom-konkurse-proektov-nko-rossijskaya-blagotvoritelnost-v-zerkale-smi.html
arhangelskie-mladenci-predlozhili-ogranichit-vlast-mera-dajdzhest-upominaemosti-vuzov.html